В поисках выхода: как в Вашингтоне пытаются свернуть с военного пути в конфликте с Ираном

В коридорах американской власти зреет негласное признание: привычные военные рычаги в противостоянии с Ираном перестают работать. По данным CNN, в высших эшелонах США нарастают серьёзные разногласия — чиновники всё чаще говорят о том, что нынешние варианты действий уже не помогут добиться тех целей, которые ставил президент.

Ключевую роль в этих дискуссиях играет генерал Дэн Кейн, глава Объединённого комитета начальников штабов. В закрытых разговорах он настойчиво убеждает коллег: нужно искать способ выйти из войны. По его мнению, дальнейшая эскалация может обернуться обратным эффектом. Свои опасения Кейн донёс до ключевых фигур администрации — директора ЦРУ Джона Ратклиффа, госсекретаря Марко Рубио и вице-президента Дж. Д. Вэнса. С некоторыми из них генерал даже провёл отдельные встречи: требовалось трезво оценить, на что реально способны американские силы и к каким последствиям приведут те или иные шаги — всё это готовили к разговору с Трампом.

Главный вывод, к которому пришли участники этих обсуждений, звучит почти как приговор прежней стратегии: одной воздушной мощи явно недостаточно, чтобы продавить нужные Вашингтону политические решения. Ещё раньше Кейн озвучивал эту мысль на слушаниях в Конгрессе, подчёркивая ограниченность авиаударов. Теперь же на закрытых совещаниях он формулирует это ещё жёстче: новые бомбардировки едва ли заставят Тегеран принять условия США.

При этом позиция самого Трампа остаётся неизменной: он по-прежнему не готов вводить наземные войска и верит, что давление с воздуха способно склонить Иран к соглашению. Военные и часть кабинета считают такой подход оторванным от реальности. Их задача сейчас — подобрать варианты, которые не пересекут «красные линии» президента, но и не затянут США в изматывающую войну на истощение.

Наглядным примером этих противоречий стал план масштабного удара по Ирану, обсуждавшийся в конце июля. Кейн и другие высокопоставленные чиновники заранее предупреждали о рисках. Поддержать операцию согласились лишь некоторые командующие CENTCOM и Израиль. В итоге Трамп отказался от удара — после консультаций с арабскими союзниками. Те выразили тревогу: ответ Ирана может ударить по ключевым энергетическим объектам в Персидском

заливе. Свою роль сыграло и другое обстоятельство: запасы вооружений США заметно сократились.

Этот вопрос давно вызывал беспокойство у военных. Командиры не раз докладывали о том, что парк современных ракет и боеприпасов тает на глазах. Арабские страны региона тоже бьют тревогу: нехватка американских систем ПВО снижает их шансы отразить возможные атаки. В последние дни эта тема стала одной из самых острых для тех, кто принимает решения в Вашингтоне.

Военные эксперты сходятся в неутешительном выводе: оставшиеся варианты давления на Иран малоперспективны. Удар по энергетической инфраструктуре едва ли заставит Тегеран отступить, зато почти гарантированно спровоцирует ответные действия против союзников США. Даже такие меры, как бомбардировки мостов или других объектов, не несут серьёзной стратегической ценности. Один из источников CNN прямо заявил: сегодня в Иране почти не осталось по-настоящему ценных военных целей. А атака на электростанции, хоть и выглядит эффектно в новостях, не способна принести решающего военного успеха.

Генерал Кейн старается балансировать в общении с президентом. С одной стороны, он подчёркивает, что армия готова нанести Ирану серьёзный урон, если поступит приказ: на встрече в Белом доме он прямо сказал, что «если президент решит, мы можем их полностью уничтожить». С другой — в приватных беседах он гораздо откровеннее говорит о том, что одних авиаударов недостаточно для достижения политических целей. При этом некоторые источники считают, что Кейн намеренно смягчает формулировки в разговорах с Трампом и не выкладывает перед ним весь спектр своих опасений — в отличие от внутренних военных совещаний.

Ещё до начала конфликта военные предупреждали, что затяжная война быстро опустошит арсеналы США — особенно те запасы, которые нужны для поддержки Израиля и Украины. Сейчас, по данным источников, уровень этих запасов достиг «опасной» отметки. Это вынуждает Пентагон и CENTCOM искать новые подходы. Показательный сигнал: один из высокопоставленных командующих CENTCOM недавно попросил экспертов придумать «креативные и нетрадиционные» идеи давления на Иран. По сути, это признание того, что прежние стратегии не сработали.

Стоит вспомнить и о том, что ещё до войны Кейн предупреждал о масштабе, сложности и вероятных жертвах крупной операции против Ирана. Тогда Трамп публично утверждал, будто генерал считал такую войну «легко выигрываемой». Сегодня, спустя почти полгода боевых действий, некоторые эксперты ставят под сомнение способность Кейна управлять столь затяжным и сложным кризисом.

Один из собеседников CNN даже заявил, что «этот кризис превзошёл его уровень опыта».

Впрочем, скепсис в отношении воздушных ударов разделяют не только военные. Многие чиновники и независимые аналитики сходятся во мнении: если США действительно хотят нанести Ирану сокрушительное поражение, единственный рабочий вариант — масштабная наземная операция с вводом большого контингента и готовностью к тысячам жертв. Но в нынешней администрации Трампа никто не готов поддержать такой сценарий.

Поэтому сейчас фокус сместился на другое: найти способ остановить дальнейшую эскалацию и при этом дать Трампу возможность показать избирателям некую «символическую победу», не признавая при этом поражения. Один из возможных шагов, который обсуждают в Вашингтоне, — соглашение о возобновлении работы Ормузского пролива. Для американских чиновников это может стать отправной точкой для постепенного выхода из кризиса. Проблема в том, что простого и дешёвого решения здесь не существует: ни чисто военного, ни политически безболезненного для администрации Трампа.