Трамп и пятимесячный тупик: как мировые СМИ оценивают конфликт с Ираном

По данным информационного агентства «Мехр», военная операция США и их союзников против Ирана не принесла агрессорам ожидаемых результатов. Напротив, западные официальные лица и американские медиа признают, что кампания зашла в стратегический тупик, обернувшись для инициаторов конфликта серьёзными военными и политическими издержками. Начавшись с массированных ударов, в том числе по гражданскому населению (в частности, среди жертв оказались и студенты), конфликт стремительно вышел за рамки чисто военной повестки — он породил масштабный гуманитарный кризис, обострил проблемы региональной безопасности и оказал ощутимое влияние на экономику. Реакция международного медиапространства на происходящее оказалась разнородной, и анализ этих позиций позволяет сформировать более объёмную картину ситуации и возможных сценариев её развития.

Взгляд западных экспертов: три тупиковых сценария

Совет по международным отношениям (CFR) в аналитическом материале под авторством Майкла Фромана, президента профильного аналитического центра, фиксирует, что перед Дональдом Трампом стоит крайне непростой выбор из трёх малопривлекательных вариантов завершения противостояния с Ираном:

Эскалация. Этот путь подразумевает нанесение массированных ударов по критически важной инфраструктуре Ирана, возможную оккупацию острова Харг либо повторные операции против высокопоставленных представителей руководства страны. Однако, по оценке Фромана, такой сценарий способен спровоцировать глубокий гуманитарный кризис и нанести ущерб международному имиджу США, но при этом вовсе не гарантирует смены политического курса в Тегеране.

Деэскалация через компромисс. Снижение напряжённости на основе договорённостей тоже несёт риски: оно может подорвать доверие региональных партнёров Вашингтона и одновременно укрепить позиции Ирана, в частности — его контроль над Ормузским проливом.

Сохранение статус‑кво. Продолжение нынешнего хаотичного тупика — ещё один, по сути, бесперспективный путь.

Опросы общественного мнения подтверждают сложность положения Трампа: 68 % американцев не считают текущую войну оправданной. В этих условиях администрация, по мнению CFR, пытается балансировать между жёсткими мерами и дипломатическими сигналами, сочетая контратаки с намёками на возможный новый курс. Однако перспективы такого гибридного подхода остаются туманными.

Фроман опирается на «эмпирическое правило» астрофизика Дж. Ричарда Гатта и приходит к выводу, что у пятимесячного противостояния примерно равные шансы продлиться до конца 2026 года. Эту оценку косвенно подтверждают и данные рынков прогнозов: вероятность возвращения торгового судоходства через Ормузский пролив к «нормальному» режиму к концу 2026 года оценивается в 50 %. Эксперт резюмирует, что пролив сейчас находится в «промежуточном» состоянии — он не полностью открыт, но и не заблокирован, а отсутствие прорыва ведёт к постепенной консолидации жёстких позиций обеих сторон.

Динамика боевых действий и гуманитарные последствия

Согласно подробному отчёту Associated Press из Вашингтона, США на протяжении двух недель последовательно расширяли спектр целей своих авиаударов по Ирану. Если на начальном этапе основной фокус был на военно‑морских и береговых оборонительных объектах, то позже удары стали наноситься и по объектам гражданской инфраструктуры — мостам, рыбоперерабатывающему заводу в Кешме, а также по объектам в глубине страны, включая военный комплекс Ходжир под Тегераном.

При этом нынешняя воздушная кампания уступает по интенсивности первому этапу конфликта. По данным Министерства здравоохранения Ирана, общее число погибших с начала боевых действий достигло 3434 человек, из них 55 — в результате последней волны эскалации. Среди недавних целей американских ударов — сельскохозяйственная водонасосная станция в Хузестане (1 погибший), опреснительная установка в Джаске (из‑за повреждения объекта без воды остались 10 000 человек) и пограничный переход Шаламчех (2 погибших).

Центральное командование США заявляет, что цель ударов — снизить способность Ирана угрожать судоходству в регионе. Однако, как отмечает Associated Press, Иран не пошёл на уступки: напротив, он усилил активность против судов в проливе, а также нарастил давление на объекты в арабских странах, где размещены американские военные базы.

Иранские источники сообщают, что повреждённые транспортные объекты — дороги и туннели — оперативно восстанавливаются, а параллельно создаются альтернативные маршруты. В ответ на иранские атаки Трамп пригрозил уничтожать мосты или электростанции за каждый инцидент с судами. В итоге конфликт приобретает характер войны на истощение: несмотря на нанесённый ущерб, воля к сопротивлению в Иране остаётся высокой, а сам Трамп сталкивается не только с военными, но и с растущими внутриполитическими рисками. Эксперты характеризуют текущую динамику как лишённую чёткого стратегического замысла и ведущую к затяжному противостоянию.

Арабская перспектива: почему наземная операция против Ирана — крайне рискованный сценарий

В публикации телеканала «Аль‑Маядин» проводится сравнительный анализ Ирана с Ираком и Афганистаном — не с целью утверждать идентичность условий, а чтобы продемонстрировать, с какими колоссальными трудностями столкнётся любая попытка наземного вторжения.

Автор материала подчёркивает, что географические и демографические особенности Ирана делают такую операцию многократно сложнее, чем аналогичные кампании в Ираке и Афганистане. Площадь страны — около 1,65 млн кв. км, значительная часть территории — труднодоступные горные районы. Крупные города и население свыше 90 млн человек создают дополнительные сложности для контроля над территорией. Кроме того, контроль Ирана над Ормузским проливом ставит под угрозу морские и логистические линии снабжения потенциальных интервентов.

С военной точки зрения Иран располагает не только регулярными вооружёнными силами, но и мощными структурами вроде Корпуса стражей исламской революции, а также современными ракетными и беспилотными системами, способными нанести существенный урон ещё до начала наземных боёв.

Вывод статьи однозначен: в отличие от Ирака и Афганистана, любое наземное вторжение в Иран потребует привлечения значительно больших военных ресурсов, повлечёт за собой существенные финансовые и человеческие потери и, скорее всего, выльется в длительную войну на истощение — сценарием, который, учитывая предыдущий опыт США, выглядит крайне нежелательным.